Роберт Бернс (Robert Burns)

Пробираясь до калитки...

Пробираясь до калитки
Полем вдоль межи,
Дженни вымокла до нитки
Вечером во ржи.

Очень холодно девчонке,
Бьет девчонку дрожь:
Замочила все юбчонки,
Идя через рожь.

Если кто-то звал кого-то
Сквозь густую рожь
И кого-то обнял кто-то,
Что с него возьмешь?

И какая нам забота,
Если у межи
Целовался с кем-то кто-то
Вечером во ржи!..

Капает солнце - бетонными каплями,
А я всё теку по рекам безумия,
Падает солнце - вонючею падалью,
А я всё варюсь в лаве Везувия.

Мысли, как спицы - дерутся отчаянно,
Боль, синей поступью. О, избавление!
Драки, как мысли - так же нечаянны,
Вижу ничто, вот и спасение.

Таю, как снег на пути к раслаблению,
Но что-то мешает быть на плаву,
Заправляю картечь, в дуло презрению,
Чувствую боль, значит, живу.

Холодные руки касаются неба,
Пытаясь достать оттуда звезду,
Горячее топливо по пищеводу
Выдавит грусть и скупую слезу.

Отчего мне так душно? Отчего мне так скучно?

Я совсем остываю к мечте.

Дни мои равномерны, жизнь моя однозвучна,

Я застыл на последней черте.

Только шаг остается: только миг быстрокрылый,

И уйду я от бледных людей.

Для чего же я медлю пред раскрытой могилой?

Не спешу в неизвестность скорей?

Я не прежний веселый, полубог вдохновенный,

Я не гений певучей мечты.

Я угрюмый заложник, я тоскующий пленный,

Я стою у последней черты.

Только миг быстрокрылый, и душа, альбатросом,

Унесется к неведомой мгле.

Я устал приближаться от вопросов к вопросам,

Я жалею, что жил на Земле.